Bahh Tee — Белые Найки | Текст песни

Это не новая песня, на этот раз мне просто необходимо выговориться.
Не так давно я шагал по центру в костюме и белой рубашке на пуговицах
мимо витрин со всяким шмотом,
и мой взгляд зацепился за полку со сникерами.
Пара белых Найков вызвали во мне бурю воспоминаний –
меня настигли они.
Я вспомнил, как мальчишкой шагал в начальную школу и мечтал о них.
Отец – водитель маршрутки, мать – воспитатель…
напрягать даже не стал бы их.
Я просто хотел быть такими же крутыми,
как эти черные парни по MTV, на сцене.
Белые кроссы, как признак благополучия –
их носили все: от Снупа до Эминема.
Я вспомнил, как в белых Найках шагал на своё самое первое свидание.
Она жила в Цыганском дворе
и рассыпала осколки моего сердца у школьного здания.
Я опустил взгляд на асфальт,
чтобы понять, смогу ли собрать его как-нибудь обратно,
увидел белые Найки и понял,
что она потеряла классного парня, и пожалеет многократно.
Её звали Валерией — я запомнил её имя.
Моей жене это будет неприятно.
Но мне было 12, я думал, что я поэт,
а поэт должен быть слегка бестактным.
Я бы сказал в своё оправдание,
что не помню имён всех, кто были после,
но, кажется, сделал только хуже,
так что говорить про это не буду больше вовсе.
Мне было 15. Я увидел Тимати и Банду
на Фабрике Звёзд 4:
они носили белые кроссы,
пели черные песни и показались мне крутыми.
Конечно, это был не тот хип-хоп,
который я гонял до этого в наушниках,
но я решил, что могу писать песни круче них –
увидимся в Лужниках!
Я помню клуб Все Свои и андеграунд фестивали,
я сбегал туда тайком.
Там бывали ST, Noize, Re-Pac
и вечной бухой чувак по имени Фургон.
Ещё там был Мафон.
Мы возвращались на одной электричке,
называли их собаками.
Он ехал до платформы Солнечная,
а я выходил в Очаково.
Родное Очаково.
Сняв белые кроссы, я переодевался в спецовку
и ехал грузить металлолом.
Черный ребенок в мазуте
тянет российский паспорт капитану ОМОН…
Черный подросток читает рэп так,
что все думают, что на битах не он.
Черный юноша рвёт чарты и души людей,
ведь его песни впитали боль!
Я каждый раз выходил на сцену плевать в чём,
главное — в белых Найках.
Я, смотря на них, вспоминал, через что прошёл,
чтобы этот концерт дать им.
Мне часто говорили,
что я не модный и вовсе не как артист типа выгляжу я,
а мне было плевать: главное,
чтоб на моих белых кроссах шнурки выглажены!
Главное — выйти на сцену и пережить все песни заново,
и выложиться.
Плевать хотел на премии и награды на полках,
на которые пыль ложится!
Я с последних гастролей улетел в Дубай без причины
и без билета обратно,
а в первый раз на гастроли взял с собой полотенце
— не знал, что в отелях они бесплатны…
Вокруг меня всегда были правильные люди:
мои старшие и младшие братья.
Наваи жил в соседнем доме, ему было десять,
и он мечтал стать рэпером, как я.
Надеюсь, я был правильным примером,
и судьба меня за это не покарает.
А если что было не так, то прости, брат.
Haqqini halal et.
Всё, что было после, вы видели: Siyah Music, Zhara Music…
Папа придумал кальянный рэп
и продолжал хит-парады рушить…
Папа продал дело своей жизни,
и даже не моргнул глазом…
Стал папой в 32, у него жена
и десять миллионов баксов.
Как так всё завертелось?
Если честно, то я и сам не особо понял.
Но черный ребенок в мазуте стал черным мужчиной в Brioni.
Стал ли он от этого счастливей?
Я бы слукавил, если б сказал навряд ли.
Я ни разу не хотел пересесть обратно в Газель
с Кадиллака или Бэнтли.
Я стоял у полки со сникерами
и, извиняясь за свой моветон,
спешно переобувался в белые Найки
с туфлей Луи Витон.
Я не знаю, кем стану завтра, но кем был вчера —
никогда не забуду.
Я никогда не знал, куда иду, но не никогда забывал,
откуда.

Поделитесь с друзьями

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *